Алина вышла из клуба последней. Музыка ещё гремела внутри, но ей нужно было домой — мать обещала ждать не позже одиннадцати, а на часах уже было без двадцати. Она поправила короткие шорты, одёрнула лёгкую кофточку и поёжилась от вечерней прохлады...

В шесть сорок утра коридор Нижегородского областного онкологического центра пах спиртом и вчерашним кофе, а я мерил время по тому, как лампа под потолком мигала через каждые сорок секунд. Этот мелкий электрический сбой никто так и не исправил с тех пор, как меня положили сюда за два дня до операции на последние обследования. И я, как всегда в минуты тревоги, начал считать всё подряд: квадраты потолочной плитки, капли в системе, шаги медсестры, то входившей, то выходившей. Сверяясь с моим браслетом, я повторял про себя: «Тимофей Алексеевич Соколов, 44 года»...