— Ритка, шкура ты продажная, опять за деньгами приползла? — скрипнула бабка Валя с дивана. Ксюша вздрогнула. Пластиковая миска выскользнула из рук. Овсянка с противным чавканьем шлепнулась на старый линолеум. — Я не Рита, баба Валя, — холодно процедила девушка. — Я Ксюша. Внучка твоя. Я сидела в углу на табуретке и молча пила чай. Меня зовут Степановна. Я соседка по лестничной клетке. Зашла за солью, да так и осталась зрителем. Ксюха уже три года тащила на себе бабку с деменцией. Тащила молча, стиснув зубы...