Канадский блогер снял с бабушкиной полки старое «Преступление и наказание», открыл, ожидая мрачный неподъёмный монумент «для чтения в очках и с поджатыми губами», — и неожиданно проскочил роман залпом, ухмыляясь описаниям человеческой натуры. Вывод, к которому он пришёл: русская проза «прозрачна как вода», читается легче Диккенса, а репутация «сложной» — миф, навешанный академиками. Обаятельно. И наполовину верно. Но есть проблема, которую для нас, читающих по-русски, стоит назвать прямо: он расхваливает книгу, которую никто из нас не читал...