Я поставила на стол холодец и поняла, что сегодня что-то случится. Не знаю почему. Просто воздух на кухне стал плотным, как перед грозой. Алексею исполнялось пятьдесят семь. Не круглая дата, но он упёрся: хочу дома, хочу своих, без ресторанов и без шума. Я согласилась, потому что тридцать один год знаю, что спорить с мужем в вопросах застолья бесполезно. Он добрый человек, но если уж решил, то решил. На плите доходили пирожки с капустой, в духовке томилась утка с яблоками, а на подоконнике остывал мой фирменный наполеон, который я начала печь ещё вчера вечером...