— Ну, чего ты там застыла? Проходи, хозяйка, раз явилась! У нас тут, можно сказать, экстренное совещание, мужской клуб по интересам. Слава сидел на кухне, развалившись на табурете так, словно тот был троном. Его лицо лоснилось от пота и жирного блеска, а глаза плавали в мутной поволоке дешевого пивного опьянения. На столе перед ним выстроилась целая батарея пустых жестяных банок, смятых посередине, словно их кто-то пытал. Повсюду — на клеенке, на полу и даже на его майке — валялись ошметки вяленой рыбы и рыбья чешуя, блестевшая в свете лампы, как дешевые блестки...