— Входи уже, чего застыл на пороге. Голос Аллы Сергеевны прозвучал так же властно, как двадцать лет назад. Максим переступил порог однокомнатной квартиры, где теснились вещи из прежней трёхкомнатной. Хрустальные вазы на полках, массивный сервант тёмного дерева, фотографии в золочёных рамках. Всё это когда-то создавало иллюзию благополучия. — Видишь, до чего ты довёл родную мать? Она обвела рукой комнату. Максим присел на край продавленного дивана, скрестил руки на груди. За окном моросил октябрьский дождь, грязная вода стекала по стёклам...