— Вы что, совсем страх потеряли? — Мария сказала это не громко, а так, что у слов появился вес. — Вы квартиру мою делите при живой мне, ещё и подпись мою рисуете? В прихожей было тесно: мокрые следы от ботинок, запах табака и старой тушёной капусты из кухни. На столике — бумаги ровной стопкой, сверху лист с гербовой печатью. Тамара Павловна сидела на табурете, семечки в ладони, как чётки. Анатолий стоял, будто его застали не за документами, а за чем-то похуже. — Маш, ты… ты не так поняла, — Анатолий быстро моргнул, как школьник у доски...