Рассчитываюсь на кассе за товар и происходит диалог следующего содержания: - Не желаете поучаствовать в нашем марафоне? - Как же не желаю? Желаю. - Тогда вам необходимо придумать название вашей команды. - Ухо Ван Гога. - Что? - Ухо Ван Гога. - Что.... Эээ... Ухо...? - Ван Гога. - Да я поняла. Но что это значит? - Какое из слов вам незнакомо? Ухо? Или Ван Гог? - Оба знакомы, но зачем вы мне их говорите? - Вы же сказали придумать название команды. - Это название команды?!! - Ну да...

Фраза на сессии, как признание в преступлении: «Я же хороший человек. Почему меня так используют?» В этой «хорошести» что-то не про живое. Не про человека, а про роль. Передо мной человек, который долгие годы держит на лице маску, настолько тяжёлую, что мышцы уже не слушаются, но снять её страшнее, чем ещё немного потерпеть. Я вижу, как «быть хорошим» превращается в способ выживания. Это не качество, а стратегия. Ребёнок когда-то понял, что если он удобный, спокойный, понятливый, то напряжение в семье снижается...