Толино кресло стояло на балконе, между лыжами и банками из-под огурцов. Я опустила сумку с рынка на пол и заглянула в зал. На месте кресла светлел квадрат невыгоревшего паркета, а над ним Вадим прикручивал к стене полку. – Это что такое? – спросила я. – Мам, ну не с порога же, – сказал сын, не оборачиваясь. – Жанне тут место под цветы нужно. А кресло всё равно продавленное. – Отец в нём газеты читал. – Вот он и читал, – буркнул Вадим. – А сидеть там невозможно, пружина в спину. Шуруповёрт взвизгнул, и разговор кончился...