На тяжелом дубовом столе передо мной лежал напечатанный набело отказ от наследства. Бумага была плотной, дорогой, с водяными знаками нотариальной конторы. В самом низу, там, где не хватало только моей подписи, лежала дешевая синяя шариковая ручка. Прозрачный пластик, изгрызенный колпачок. Виктор Михайлович, мой свекор, придвинул ее ко мне узловатым пальцем. — Подписывай, Вер. Его голос звучал гулко в стенах моего рабочего кабинета. Он сидел в кресле для посетителей так, словно это я пришла к нему на прием, а не он вломился ко мне в офис в разгар рабочей среды...