— Своё отняньчила, теперь ты сиди! Я за всеми свой век отходила, устала. Валентина Петровна сказала это, стягивая в прихожей туфли, и туфли эти — новые, лаковые, с пряжкой — она поставила носами к стене, ровненько, как ставят у себя дома. Таня стояла с телефоном в руке: на экране висел незакрытый рабочий чат, там её ждали к двум на созвон. Это была её квартира. Её и Кости. Двушка в Реутове, которую они брали в ипотеку четыре года назад, и первый взнос — миллион двести — Таня внесла со своих, с продажи комнаты в общаге, доставшейся от отца...