Дождь колотил по отливам дорогого особняка с таким остервенением, словно хотел смыть с этого дома всю фальшивую позолоту. Мелкие капли залетали на мраморный пол прихожей всякий раз, когда ветер бросал их в открытую дверь...

Настя Лаптева, семнадцати лет, вышла к корове в июньское утро 1931 года. Через двор к воротам шли трое с бумагой. Третьим шёл Игнат, двадцать лет евший хлеб в этом доме. Настя ещё не знала, что корова доживает на этом дворе последние сутки. Роса не сошла. Настя поставила подойник под Майку и прижалась лбом к тёплому боку. Молоко звенело о жесть. Первые струи всегда звенят, потом глохнут. Калитка стукнула. Собака не залаяла, а завиляла хвостом: пришли свои, деревенские. Настя выглянула из хлева. Впереди шагал незнакомый мужчина в городской кепке, с портфелем под мышкой...