Римма села под корову так, как ей показали: на скамеечку, с правого бока, подойник между коленями. Лыска переступила задними ногами и оглянулась. Глаз у неё был большой, мокрый и недоверчивый. — Ну, — сказала Римма. — Ну, хорошая. Стой. Вымя она обмыла тёплой водой, как велела свекровь, и вытерла тряпицей. Взялась за два соска. Сжала. Молока не было. Сжала сильнее, потянула вниз, и Лыска шагнула вбок, прямо на неё. Римма отшатнулась. Подойник проехал по соломе, стукнулся о стойку и лёг на бок. Молоко, что успело набежать, потекло между соломинками к порогу, к её ногам...