— Доступ к моим деньгам закрыт! — сказала она, не поднимая глаз от раковины. — Я заблокировала карты, так что учись жить на свою зарплату. Вода шуршала по тарелкам, пахло средством для посуды с лимоном и подгоревшей яичницей. На кухне было душно, от окна тянуло сыростью подъезда. Я сидел за столом, уцепившись пальцами за чашку с остывшим чаем, и пытался понять, шутка ли это. — В смысле? — голос предательски дрогнул. Она вздохнула, закрыла кран, встряхнула руки, брызги упали на стол. Поликарбонатная доска, поцарапанная, блестела от воды...