Тревожит меня погода и напрягаться заставляет. Уже не просто охота выругаться, а нечто похожее на панику одолевает. Беспрестанный холод с дождями, сырость и грязь кругом. Пора бы уж дачный сезон открывать, да куда в такую мерзопакость? Лишь второго мая сухой и тёплый день обещают, только вряд ли удастся что-то поделать. Ведь всё залито по самое не могу, надо ждать пока просохнет хоть немного. А значит огородные работы придётся отложить незнамо насколько. Мы с Фёдором словно кони, запертые в стойле, на волю рвёмся, на широкий простор...

Телефон зазвонил в четыре утра. В это время звонят либо родственники, либо люди, попавшие в безвыходное положение. Я был слишком стар, чтобы надеяться на первое. — Громов слушает. — Андрей Викторович? — Женский голос, сдержанный, но в нем читалась едва контролируемая паника. — Меня зовут Ольга Сергеевна Терентьева. Мне дали ваш номер доктор Вишневский. Сказал, что вы специализируетесь на необычных случаях. Вишневский. Психиатр, с которым я пересекался пару раз. Хороший специалист, но с привычкой направлять ко мне пациентов, которых он не мог понять...