В тот день небо над Москвой напоминало выстиранную простыню — серое, влажное и совершенно неуютное. Алиса стояла перед массивной дубовой дверью, которую не открывала почти полгода. В кармане пальто холодил ладонь старый ключ с затейливым набалдашником. Эта квартира в сталинке на Кутузовском всегда пахла одинаково: сухой лавандой, старыми книгами и едва уловимым ароматом «Красной Москвы». Бабушка Аглая Степановна была женщиной старой закалки. Она пережила три режима, двух мужей и один дефолт, сохранив при этом идеальную осанку и привычку пить чай исключительно из фарфора императорского завода...