— Забирай свои пожитки, а ключи от моих метров на тумбочке оставишь! Зинаида плотно прикрыла за собой входную дверь и скрестила руки на груди. На массивной шее блеснула толстая золотая цепочка. В прихожую она прошла прямо в уличных ботинках, демонстративно оставляя грязные следы на светлой плитке. — Я не поняла, Зинаида Павловна, — Оля вышла из кухни, на ходу вытирая мокрые руки о кухонное полотенце. — Какие пожитки? Куда забирать? — Куда хочешь. К матери своей езжай. Оля замерла. В горле вдруг пересохло, а слова будто застряли...