На девятый день после похорон Антонины Петровны в старой сталинке на Ленинском собрались немногочисленные родственники. Высокие потолки, обои в цветочек, которые помнили ещё Брежнева, тяжёлый буфет с хрустальными рюмками. Елена расставляла на столе кутью и блины, когда в прихожей хлопнула дверь. — Тётя Лен, я тут! — раздался голос Паши, и через секунду племянник уже топал по коридору в ботинках. Павел, сын покойной сестры Натальи, всегда появлялся так — шумно, уверенно. Двадцать семь лет, менеджер по продажам, кредитная иномарка под окном и вечные разговоры о «перспективных проектах»...

Когда Вера сообщила свекрови, что собирается сократить её расходы, та даже не сразу поняла, о чём речь. Ведь свекровь пришла утром на кухню с тем, чтобы поделиться с невесткой радостными событиями вчерашнего дня. — О, Вера, — восторженно произнесла Агриппина, — если бы ты знала, с каким очаровательным мужчиной я вчера познакомилась на приёме у Анны Тимофеевны. Его зовут Константин. Я ему тоже понравилась. Он недавно вернулся из Лондона. Ах, Лондон. Константин так много интересного рассказывал про Лондон...