Когда я зашла в нашу спальню, Максим швырял вещи в потёртый чемодан. Не укладывал, не собирал – именно швырял. Никаких объяснений. Просто хватал рубашки из шкафа и запихивал их туда, будто за ним гналась налоговая, будто в этой комнате стоял угарный газ, и он торопился выйти на улицу. «Ты чего творишь?» – выдохнула я. Он даже головы не поднял. «То, что давно пора было сделать». Слова врезались в меня, как пощёчина. От их холодной, отточенной тяжести пошатнулось всё внутри. 22 года. Двадцать два года вместе, и вот так – сжато, грязно, в спешке – всё кончается...