Представьте учебник иностранного языка. На обложке — серп и молот, внутри — фразы на языке народа, с которым ещё недавно шла война. Не на языке союзников, не на языке будущего — на немецком. Именно это и происходило в советских школах десятилетиями. И это — не случайность, не ошибка, не недоразумение. Это была система. В школах СССР немецкий язык занимал привилегированное положение среди иностранных. Английский существовал — но воспринимался иначе. Осторожнее. С прищуром. Как будто само произношение...