В пять утра я лез по водостоку в собственную спальню, потому что ключ не подошёл к замку. А на моей подушке храпел огромный незнакомец в моей же пижаме. Жена в это время спокойно пекла блины... Ключ не повернулся. Я стоял у своей двери в пять утра, с туфлями в руке, чтобы не цокать по лестнице, и тыкал в замок, как пьяный студент в банкомат. Замок был новый. Блестящий, с латунной накладкой, которой ещё вечером тут не было. Я отошёл на шаг и посмотрел на номер квартиры. Нет, всё верно: седьмая, первый этаж, наш с Тамарой дом в Коломне, где я прожил девятнадцать лет...

— Маша, ты только не кричи, но сегодня вечером к нам приезжают родственники, и жить они будут здесь. Олег сообщил это так буднично, словно речь шла о том, что на ужин опять будут макароны, и преспокойно потянулся за вторым бутербродом. Мария стояла у плиты с половником в руке, суп в кастрюле тихонько булькал, не подозревая, что хозяйка только что разучилась дышать. — Здесь, это где именно? — спросила она, и голос у неё получился какой-то чужой, ровный, как скатерть, по которой только что прошлись горячим утюгом...