На плите уже шумит чайник, в прихожей сохнут детские варежки, на табуретке лежит раскрытая газета. Хозяйка только присела после магазина - хлеб, молоко, кулек с вермишелью, селедка в бумаге. И тут в дверь стучат: не телефон трезвонит, не сообщение приходит, а именно живой стук. И в старой книге никто не хватается за сердце от такой вольности. Никто не шепчет: «Как это - без предупреждения?» Дверь открывают, гостя раздевают, ставят еще одну чашку, двигают сахарницу ближе к краю стола. Может быть, ворчат...