Поезд «Адлер — Москва» мерно покачивался, убаюкивая пассажиров ритмичным перестуком колес. Кристина прильнула лбом к прохладному стеклу, провожая взглядом мелькающие за окном южные тополя и редкие огни станций. В чемодане на полке лежал сарафан, все еще пахнущий морем и солью Туапсе, а в кармане — заветная коробочка с ракушкой, которую она нашла в последний вечер. Это были первые две недели за последние семь лет, которые Кристина провела в полном одиночестве. Никаких капризов мужа, никакой бесконечной глажки рубашек и, главное, никакой Антонины Васильевны...

Я смотрела на бабушкин сервант и думала о том, что скоро придется его выкинуть. Дима давно говорил, что это старье пора заменить современной стенкой. А мне было жаль. Этот сервант помнил вкус бабушкиных...