Слюна у собаки — вещь настолько обычная, что её замечают только тогда, когда её становится заметно больше. И вот это «больше, чем обычно у этой собаки» и есть единственный работающий критерий: сравнивать нужно не с соседской овчаркой, а с самим животным неделю назад. У мастифов, сенбернаров, ньюфаундлендов, бладхаундов, боксёров и других пород с тяжёлыми брылями губы физически не смыкаются, а слюнных желёз ровно столько же, сколько у всех. Слюна просто не удерживается и вытекает наружу — особенно перед едой, после питья, в жару и при волнении...

Слюна — вещь, о которой вспоминают ровно в тот момент, когда она оказывается там, где её не ждали: на рукаве, на диване, на щеке. Собака тянется мордой — и вот уже липкий след, будто маленькая подпись: «я здесь». Но за этой бытовой сценой скрывается куда более интересная история, чем кажется на первый взгляд. У собаки во рту работает целая фабрика. Три крупные пары слюнных желёз — околоушные, подчелюстные и подъязычные — плюс десятки мелких, рассеянных по слизистой. Одни делают слюну жидкой, почти как вода, другие — густой, тягучей, той самой, что может свисать с губ длинной нитью...