Мой император. Мой цезарь. Мой август. Мой консул. — Марция, — прошептал он одними губами, прежде чем навсегда сомкнуть их. — Коммод… Её руки продолжали сжимать его шею, и ей показалось, что на миг, всего за секунду до конца, в его взгляде мелькнул — нет, не тот диктатор, которого все знали, не тот, кто сделал её наложницей, кто дарил почётным гостям её тело, кто пообещал казнить… — а тот, кого она полюбила, кто подарил ей когда-то свободу и почти что нормальную жизнь. Но вот его взгляд помутнел, устремился в потолок...