Помню, как я впервые взял Хому в руки. Мне было десять лет, я был счастлив, что у меня есть собственный хомяк. Я открыл клетку, сунул руку внутрь, чтобы погладить его. А он — цоп! — и вцепился мне в палец. Я отдёрнул руку, на пальце была кровь, а на душе — обида. «Я же тебе ничего плохого не делал!» — подумал я. Тогда я не знал, что хомяки не кусаются от злости. Они кусаются от страха, от защиты и от недопонимания. Сейчас, спустя много лет и пять хомяков, я могу сказать вам точно: если хомяк укусил — вы сделали что-то не так...