— Оля, ну сколько можно? — Максим отложил вилку и посмотрел на меня с привычным упрёком. — Почему карта только на твоё имя? Мы же семья. Я медленно дожевала кусочек лазаньи, наблюдая, как его мать Галина Петровна одобрительно кивнула, а отец многозначительно хмыкнул. Воскресный семейный ужин в самом разгаре, на столе дымятся блюда, пахнет укропом и жареным луком, а за окном моросит октябрьский дождь. — Максик прав, — вступила в разговор свекровь, поправляя седую прядь. — Негоже замужней женщине все деньги на себе держать...