На кафедре госпитальной хирургии повелось так, что все плановые операции обсуждались с нами накануне: это давало возможность подготовить дома теорию, чтоб назавтра полноправно участвовать в разборе каждого предстоящего вмешательства.     Как-то раз весь дневной план состоял из одного-единственного пациента, причем по всем параметрам несложного.   Но пристальное внимание к данному случаю вызвала его предыстория. Она была поразительная и казалась невероятной. Помимо профессионального интереса, она будила горячее сочувствие к пациенту, хлебнувшего горя полной ложкой...