В официальной советской риторике Иосифа Сталина окружал ореол грандиозных титулов: «Знаменосец коммунизма», «Отец народов», «Продолжатель дела Ленина». Но среди этого каскада лести был один термин, который работал не только как метафора, а как точное определение сути власти. Это слово — «Вождь». Сама концепция вождя уходит корнями в глубокую древность. Изначально это был наследственный титул, наделённый не только военной и политической властью, но и сакральным, почти религиозным авторитетом, связующим народ с высшими силами...

В сталинской системе власти недостаточно было быть талантливым, исполнительным или преданным партии. Чтобы подняться на вершину политической пирамиды, требовалось гораздо больше — умение работать на пределе возможностей, безошибочно чувствовать настроение руководства и заслужить доверие самого Иосифа Сталина. Таких людей были единицы. Одним из них стал Александр Сергеевич Щербаков — человек, который в годы войны вошёл в число самых влиятельных фигур Советского Союза и которого многие считали одним из вероятных наследников сталинской эпохи...