Чем глубже я погружаюсь в изучение истории России, тем чаще сталкиваюсь с тревожным диссонансом: образы великих правителей, выстроенные в школьных учебниках и популярной культуре, всё чаще напоминают персонажей эпического фэнтези — вроде тех, что мы видим в «Песни Льда и Пламени». Там, где должна быть аналитика, рождается миф. Где нужен критический взгляд — включается эмоциональный нарратив. И это не просто упрощение ради доступности. Это сознательное конструирование образа, часто — в угоду политической или идеологической повестке...