Максим загораживал проход, перекрывая собой выход из квартиры так плотно, что плечи его едва не касались обоев. Девяносто пять килограммов веса, затянутые в плотный хлопок домашней футболки, превращали узкий коридор в непреодолимую стену. На обувной тумбе из дуба резко звякнули брошенные ключи от кроссовера. Он продолжал выкрикивать обвинения, перекладывая всю вину на нее. Его слова отскакивали от стен прихожей громким эхом, наполняя пространство раздражением. — Ты куда собралась? С ума сошла? — Максим возвышался над ней, глядя сверху вниз с нескрываемым презрением...