Национальный вопрос в начале XX века был для России не абстрактной теоретической темой, а минным полем. Империя, которую называли «тюрьмой народов», трещала по швам. И в этом хаосе Ленин оказался одним из немногих, кто предложил не закручивать гайки, а сделать шаг назад — чтобы прыгнуть дальше. И в этом он был прав. Ленин первым из российских политиков всерьёз осознал масштаб национального угнетения. Он прямо использовал формулу маркиза де Кюстина «Россия — тюрьма народов» и сделал её центральной для критики империи...