— Нижний ящик освободи, — сказал Аркадий. — Я рубашки сейчас повешу, а остальное туда. Людмила ещё держала в руках чашки. Он приехал двадцать минут назад. Позвонил от подъезда, поднялся с чемоданом, поцеловал её в щёку и сказал, что у рабочих опять накладка. Вместо трёх дней ремонт займёт неделю. Ничего страшного, переживут. Три дня они тоже не обсуждали. Вчера Аркадий спросил только, можно ли зайти утром на кофе. Людмила посмотрела на чемодан, открытый посреди спальни. В одной половине лежали рубашки, в другой — свёрнутые полотенца, бритва в футляре, тапочки и большая банка кофе...

Вадим любил вспоминать, как прекрасно его понимала первая жена. При родственниках он сравнивал меня с Тамарой, а дома просил ещё немного подождать с возвратом денег. Когда я наконец поговорила с той самой «золотой» женщиной, выяснилось, что она ждёт своего уже несколько лет. Вадим поставил перед сестрой блюдо с печёными овощами и снова заговорил о Тамаре. С утра мы занимались участком, накрывали стол, встречали родственников, и я надеялась провести вечер без привычных сравнений. Но мужу хватило одного замечания Раисы о том, что у крыльца пора заменить перила...