Я стояла перед домом с телефоном в руке и думала – ну вот, мне двадцать девять. Взрослый человек. Архивариус, плачу налоги, умею варить борщ и разбираюсь в довоенных документах лучше, чем в собственной личной жизни. А левую стену родного дома так ни разу и не сфотографировала. Пятнадцать лет. Мама запрещала снимать эту сторону. Ни на телефон, ни на фотоаппарат, ни на планшет – хотя планшет у нас появился только в восемнадцатом году, и мама почему-то сразу уточнила: левую стену не снимать. Будто мы только об этом и мечтали...