Я медленно выдохнул, глядя на её отражение в окне автомобиля. Она сидела неподвижно, и только пальцы, сжимавшие сумочку, выдавали внутреннее напряжение. За окном проплывали мокрые от дождя улицы, и я вдруг отчётливо понял, что эту женщину я совсем не знаю...

Мой сын не вздрогнул, когда я вошла в дом с участковым за спиной. Он только вытер ладони о полотенце и сказал, что чайник уже горячий. А минутой раньше я стояла у калитки и не узнавала собственный двор. Три чужие машины замерли у забора, как будто всегда там стояли. Из-за сарая тянуло дымом от мангала, где-то играла музыка, и мужской голос громко смеялся над чужой шуткой. Мои георгины, которые я пестовала с мая, лежали втоптанные в землю у самой дорожки. - Лариса Андреевна, вы уверены, что хотите зайти первой? - тихо спросил Борис Валерьевич...