— Тамара Ивановна! Тамара Ивановна, откройте! Егорка задыхается! Стук в окно был такой, что задребезжали стёкла. Тамара вскочила с кровати, ещё не проснувшись, нашарила ногами тапки. Часы на стене показывали без двадцати три. За окном выл ветер, и в свете фонаря над крыльцом металась снежная крупа. На крыльце стоял Пашка Лапин. В одной футболке, без шапки, в валенках на босу ногу. Лицо белое. — Тамара Ивановна, Егорка! Он дышать не может! Хрипит! Светка скорую вызвала, а там говорят: машина на вызове в Кедровке, через два часа будет! Два часа! — Иду...

— Нас троих отдельно запиши, — сказала Надежда Степановна. — Мы вместе пришли. Инга подняла голову от журнала. У стола стояла женщина с раскрытым паспортом, за ней ждал мужчина в ветровке. Мать держала подруг за рукава, словно привела их к нужному вагону и теперь оставалось только проверить билеты. — Мам, сейчас я закончу. Вы пока садитесь. Надежда Степановна улыбнулась Ирине. Та сняла сумку с плеча, поставила между ног. Эмма осталась стоять, разглядывая объявление на двери компьютерного класса. В библиотеку они пришли без пятнадцати одиннадцать...