Ключ отец не снимал никогда. Я это помню с детства. Плоский, латунный, на потёртом кожаном шнурке. Отец носил его под рубашкой, на груди, вместе с крестильным крестиком, которого, кстати, у неверующего отца тоже вроде как быть не должно было. В бане — ключ на шее. На пляже в Анапе, один раз за всё детство, — ключ на шее. Я маленький спрашивал: пап, это от чего? Он отвечал коротко: «От важного». И всё. Мать делала лицо, по которому я усвоил: тема закрыта. Мы с отцом были чужие. Скажу как есть, у гроба не привираю...