Октябрь 1966 года, подмосковный аэродром Быково. Лужи на бетоне, запах керосина, техники в куртках до колен. На стоянке - небольшая машина с двигателем прямо в носу, похожая на игрушечный лайнер, случайно забредший на взрослый аэродром. Через несколько минут она поднимется в воздух и перевернёт представление о том, каким должен быть пассажирский самолёт. Тогда крылатая техника делилась на два сорта. Большие машины, которым нужны километры бетона, возили страну между столицами. Маленькие винтовые, которым хватало грунта, перебирались между райцентрами...

Каждый, кто учился кататься на велосипеде, помнит этот парадокс: пока велосипед катится, он кажется почти разумным существом — сам выравнивается, прощает ошибки, едет по прямой без особых усилий. Но стоит остановиться — и та же самая конструкция превращается в неустойчивую палку на двух колёсах, которую удержать вертикально стоя на месте почти невозможно. При этом велосипед не изменился ни на грамм. Изменилось только одно — скорость. Почему же движение превращает неустойчивую систему в устойчивую? Сначала нужно разобраться, что вообще значит "удержать равновесие"...