Если бы Бонапарт проявил меньше рыцарства и больше хитрости во время своей русской кампании 1812 года, война могла иметь другой исход. Возможно, однако, что Россию спасли не только Кутузов и Барклай-де-Толли, но и почти забытый ныне генерал Петр Витгенштейн. 22 июля 1812 года Санкт-Петербург, тогдашняя столица России, встречал императора Александра I, прибывшего с передовой. Двумя днями ранее город был иллюминирован, и Казанский собор в центре города представлял собой странное зрелище. В соборе и вокруг него стояли толпы людей, ожидавших его прибытия...

Война 1812 года до сих пор кажется парадоксом. Французская армия — сильнейшая в Европе, гениальный полководец, быстрые победы в прошлом. И вдруг — поход вглубь России, к древней столице, а не к действующему политическому центру империи. Почему Наполеон выбрал Москву и именно этим подписал приговор своей кампании? Изначально Наполеон вовсе не собирался идти ни на Москву, ни тем более на Петербург. Его замысел был прагматичен и холоден: перейти Неман, разбить русскую армию у границы, занять Смоленск и Минск, после чего закончить кампанию и встать на зимние квартиры...