— Положи салатник на место, Люба. И присядь. Нам нужно поговорить. — Мама, вы с ума сошли? У Олега через полчаса гости соберутся, тридцать пять лет человеку! Мне горячее надо проверять, а не лясы точить. — Поверь мне, Любочка, горячее сегодня никого не заинтересует. Как и твои фальшивые слезы. Смотри сюда. Свекровь, Анна Андреевна, с леденящим торжеством опустила на край кухонного стола белый конверт А4. Из него хищно выглядывали сложенные вдвое листы с синей гербовой печатью. Люба, собиравшаяся нести в гостиную фирменное заливное, замерла...

Осенний вечер опускался на город, набрасывая на улицы сырую серую вуаль. Лидия Ивановна стояла у окна своей просторной трехкомнатной квартиры, скрестив руки на груди. Ее губы были сжаты в узкую, жесткую линию. В комнате за ее спиной царила звенящая, напряженная тишина, нарушаемая лишь тихим шуршанием упаковываемых вещей. Надя, бледная, с темными кругами под глазами, поспешно складывала в дорожную сумку детские вещи. Руки ее заметно дрожали, но она изо всех сил старалась не расплакаться. Рядом на диване сидел трехлетний Мишутка...