Сколько себя помню, я никогда не хотела детей. Для меня мысль о материнстве всегда была скорее похожа на наказание, чем на благословение. Я боялась, что однажды наступит момент, когда мне всё-таки придётся родить, потому что материнского инстинкта я никогда в себе не чувствовала. Я росла в эпоху, когда отказ от детей всё ещё воспринимался как женская несостоятельность. Поэтому меня не покидал страх, что со мной что-то не так: ведь я не хотела того, чего, как считалось, должна хотеть каждая женщина...