В первый день лошадь перепрыгнула через деревянные ворота и ушла в заснеженное поле, хотя за ней шли четверо мужчин. А вечером она сама подошла к моему окну, но позволила увидеть только один глаз. До этого я думала, что продам конюшню до весны. Мне был пятьдесят один год, и последние месяцы я жила так, словно каждое утро не начиналось заново, а продолжало один и тот же тяжёлый день. После смерти мужа дом стал слишком тихим. В его кружке на кухонной полке ещё оставался коричневый след от чая, а в прихожей висел выцветший шерстяной шарф, который он надевал на зимние обходы...