Геннадий сказал: неделя, максимум десять дней. Мать после операции, нужна помощь. Лена кивнула. Прошёл месяц. Потом второй. А потом она открыла шкаф и начала складывать его рубашки. Лена нашла его носок за стиральной машиной в субботу утром. Обычный серый носок, растянутый на пятке. Она держала его двумя пальцами и думала о том, что Геннадий уехал сорок три дня назад. Сорок три. Она не считала специально. Календарь на холодильнике считал за неё: крестики, которые ставила дочка каждое утро, потому что папа обещал вернуться и отвести её на каток...