— Твой брат-алкоголик переезжает жить к нам в гостиную, потому что жена выгнала его из дома?! И я должна ему готовить и стирать его грязные вещи?! Ты с ума сошел?! Это наша квартира, а не приют для неудачников! Мне плевать, что он твой брат! Пусть идет жить на вокзал или снимает койку! Если он не уйдет через пять минут, я уйду сама! — визжала жена, преграждая путь родственнику с чемоданом. Анна стояла в узком коридоре, раскинув руки в стороны, словно пыталась удержать падающую стену. Напротив неё,...

Он сказал это в пятницу, между яичницей и кофе. Я как раз намазывала хлеб — масло холодное, плохо мазалось, я давила сильнее. Андрей сидел молча, смотрел в телефон. Мы поругались накануне — из-за его матери, как обычно. Она снова позвонила и сказала, что я «не так» убрала у них дома, когда приезжала помочь. Я убирала четыре часа. Он встал на её сторону, я ушла спать. Утром не разговаривали. И вдруг — спокойно, не поднимая глаз от телефона: — Я хочу, чтобы ты понимала. Если придётся выбирать — я всегда выберу маму...