Светлана готовила тушеную капусту, когда позвонила Жанна. Не просто позвонила. Ворвалась голосом в тёплую субботнюю кухню, где пахло укропом и томатной пастой, где кот Барсик дремал на подоконнике, а за окном сентябрь красил клёны в рыжее. — Света, я больше не могу. Мне конец. Ты единственная, кому я могу позвонить. Света выключила плиту. Вытерла руки полотенцем. И села слушать. Она всегда садилась слушать. С детства. Мама говорила: «Светка, ты слишком добрая, тебя сожрут». Света улыбалась и отвечала: «Мам, ну кто меня сожрёт? Я же не пирожок»...