— Эта квартира слишком хороша для твоих паяльников, старик. Собирай манатки, твое время вышло! — рявкнул Вадим, с размаху швыряя на деревянный верстак толстую красную папку. От резкого звука Петр Ильич вздрогнул. Тонкий пинцет выскользнул из его пальцев, и винтажный ламповый усилитель, над которым пенсионер скрупулезно колдовал последние три недели, жалобно звякнул стеклом. Старик растерянно снял со лба часовую лупу. — Вадик, но как же... Мы ведь договаривались, что это просто формальность, — пробормотал он, глядя на рассыпанные по столу бумаги с синими печатями...