— Только о Павле при ней не говорите, — сказал Николай. — Она и так всю жизнь одна. Не всякая женщина умеет удержать свое счастье. Анна стояла за дверью с блюдом пирогов. От горячего фарфора жгло ладони, но она не переставляла пальцев: тогда пришлось бы звякнуть браслетом о ручку, и брат узнал бы, что она слышит. В комнате ему ответила Вера, взрослая дочь: — Ты опять речь готовишь? — спросила она. — Можно ведь просто за здоровье выпить. — За здоровье всякий сумеет. Хочется, чтобы человек знал: мы понимаем, как ей досталось...