Осень в Малых Лужках выдалась такая, что хоть в рамку вешай: берёзы стояли жёлтые, как начищенные самовары, рябина полыхала над заборами, и даже куры ходили по дворам с важным видом, будто тоже понимали, какая кругом красота. Воскресным утром, ещё до того как солнце как следует расчухалось, Захар Игнатьич Мельников вышел на крыльцо, поставил на ступеньку эмалированную миску и сказал в сторону веранды: – Бармалей! Кушать подано. Никто не вышел. Бармалей давно спал на веранде, на старом ватнике, который хозяин выдал ему три зимы назад «временно»...