Переводчики высокого уровня признаются в профессиональных разговорах: есть слова, которые заставляют замереть даже их. Не потому, что они сложные или длинные. А потому, что за ними стоит не просто значение — за ними стоит целая жизнь, которую невозможно упаковать в другой язык. Иностранец, впервые услышавший то самое русское слово, испытывает лёгкое замешательство. Оно понятно каждому здесь, но почти необъяснимо там. Это не ошибка перевода. Это столкновение с другим способом чувствовать. В английском есть sadness, есть melancholy, есть nostalgia...