— Ну чего ты стоишь? Возьми хоть пакет с обувью, тяжеленный же. Дверь даже не скрипнула — Витя открыл её своим ключом. Елена Сергеевна замерла с полотенцем в руках. В прихожую, вытесняя запах её любимого лавандового освежителя, ввалился дух сырости, дешёвого табака и потного синтепона. Витя ввалился следом. Куртка нараспашку, шарф волочится по полу. Ему сорок два, а вид такой, будто снова шестнадцать и он вернулся с футбола — грязный, шумный и уверенный, что ему сейчас нальют супа. — Вить? — она наконец опустила руки...